iraan (iraan) wrote,
iraan
iraan

Categories:

война

..читаю, конечно же читаю о событиях в Украине.
Не могу не читать.
Стараюсь не высказываться, поскольку по Югославии знаю, насколько смещается фокус, когда пытаешься сделать анализ издалека.

..но
- восклицания, что это война-война и страшно-страшно, но я иду и несу молоко сражающимся хоббитам, храбро ломающим мостовую( ссылку давать не буду,не просите),ужасны не тем, что девушка требует всех признать героями на основании, что переела адреналина и ее несет.
А тем, что она вообще не понимает, что такое война.

Война - это не весь вечер на манеже весь месяц на майдане.

Война - это кусок жизни.
Кусок жизни в несколько лет.

Кусок жизни гразный вонючий, мерзкий.
Кусок жизни, где адреналиновая конфетка перестанет действовать: ты будешь с тупым равнодушием проходить мимо вонючих белковых ошметков, даже не спрашивая себя кому принадлежит это вонючая куча - человеку или иному какому-нибудь животному.

.. я редко делаю репост. Но сейчас сделаю. Просто я когда-то сделала попытку обьяснить, что такое война.
Это, конечно, не украинское, могут возразить мне.
И, конечно, все находящиеся там уверены, что у них все иначе: чище и справедливие.
В Югославии тоже так считали.
В девяностые.
Война вообще делается руками честных, яростных, борющихся за справедливость, просто плоды ее по правилу пожинают те, которые знают, что такое война и как ею пользоваться.


А вот комменты отключу. Извините уж.

Это война

Война – это « летчики-пилоты, танки-пулеметы»?...не-ет...
Война –
....это бесстыдно распахнутые темные колодцы чужих квартир, где белеют трупики домашних вещей.
..это трусы, уныло висящие на створке выблевавшего свое содержимое книжного шкафа, опрокинутые лица фотографий, изучающие подошвы чужих ботинок, остов глупой вазочки пошлого розового цвета, пугающая воображение пухлая ладошка немецкого пупса, вонь протухшего мяса из разморозившегося холодильника, подсохшая дорожка кефира.

..это четыре сербки и две албанки, оставшиеся в подьезде пятиэтажного дома:по четыре квартиры на площадке-20 семей.
...это сосед Мишка-сумеречный человек, живущий до недавнего времени в полуподвальном помещении, а потом перебравшийся в самую лучшую в подьезде квартиру на первом этаже.Ттрудолюбивым муравьем тащит он в новую норку скарб из чужих норок,пыхтит:«добрый день, соседка!»......Следует ли здороваться с соседом грабящим других соседей??? Бонтон – умалчивает.
...это шуршашее за стеной живое существо.Оставшееся в соседней квартире.
Албанской квартире. Ее купили перед войной и соседей я практически не знала.
Сознание, что оно, может быть голодное-мучимое жаждой тут рядом заставило меня позвонить в дверь. «Это я, ваша соседка!» - полнейшее молчание за дверью.«Я принесла вам молоко и хлеб».Молчание сгустилось. «Я его оставлю возле вашей двери и уйду?...». Молчание стало невыносимым.
Так я кормила существо, которое оказалось неуловимым.
Каюсь, я даже довольно долго простояла возле «глазка», пытаясь выследить пугливый обьект, но,увы...
Так я и не узнала кого я кормила: тетеньку ли , дяденьку ли?.. скорее всего старуху, албанцы оставляли свохи старух охранять.
Их не жалко, а и сербы стыдились их убивать.

...это соседка-албанка, позвавшая меня «на минуточку» к себе, и лязг ее двери и моих зубов, когда я в прихожей наткнулась взглядом на нашивку UCK... и пустота, и ее ровный голосэ -«Знаешь, это война, тебе лучше уехать.Сегодня.Полчаса надеюсь хватит».
И мой – гулкий, чужой, глупый:« ... мы же никому ничего плохого не сделали».
И чужой, мужской, насилующий слова – «...поэтому и отпускаем».

... это когда стоишь посреди комнаты,бессмысленно собирая вещи, а потом – бросаешь все и говоришь: ".. а какого хрена,а потом опять какие-то тряпки суешь в какие-то мешки и забываешь главное – студенческие фотографии и старого облезлого плюшевого Гошу, купленного сразу же как родился сын.
Гошу, с которым он ел, спал, лет до десяти.
Гошу, без уха и с разными глазами – фабричным красивым и пуговичным, пришитым крест-накрест.

....это, когда проклинаешь соседку-албанку, как ты думаешь, выгнавшую тебя, пока не узнаешь, что сразу же после отьезда, другую соседку-сербку, шестидесятилетнюю Станку –изнасиловали, а восьмидесятилетнюю бабу Лепку избили и понимаешь, что она, эта албанка, выгнав тебя- тебя...спасла...или нет?

...это когда в свою квартиру, в бывшую свою квартиру входишь под охраной КФОРА и албанец, встающий из-за стола и деловито вытирающий руки о полотенце и глаза албанчат – твердят об одном- эта наша квартира. И ты уже не уверена в том, а жила ли ты здесь вообще...

...это, когда ты спускаешься по лестнице, и внизу поджидают тебя бывшие соседки, чьи пятна лиц мелькали в окнах, пока ты поднималась в квартиру и, мешая по албанскому обыкновению род, звонким от напряжения голосом, каркают тебе в лицо:«Ты, рускиня,отвечай, кто крал наши вещи?!»
... «Крали-воровали...».. «Воровали-крали....» ... «У Станки мы кастрюлю мою нашли».... «..кастрюлю мою она украла...крала...»....

...это, когда останавливашься, резко, пугая равнодушно жующего жвачку «защитника»-кфоровца и говоришь:«А где моя кастрюля?кто украл мою кастрюлю? ты-то свою – нашла, а у кого моя кастрюля? Мой Гоша, мои вещи? У кого?»
И получаешь в ответ неожиданно робкое:
-это война....
... и соглашаешься, с ненавистью глядя прямо в забегавшие вдруг глаза:-Это война...
Tags: война
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author