«Ах, нехорошие СМИ!» – плюем мы на зеркало, которое всего лишь верно отражает тенденцию: основным оружием современной войны является искажение морали.

Для того, чтобы нарисовать нужную политическую акварель – следует развести краски  в строгом соответствии с рецептурой. Для этого нужна кровь. Кровь маленьких коллатеральных жертв. Если крови нет –подойдет и клюквенный сок. В 1998 году «Таймс» публикует фотографию невинного албанского младенца, захлебнувшегося ( о, ужас!) в крови убитой сербами матери. Через неделю, анализируют фотографию, выясняется, что речь шла о..кукле ( отсутствие шеи, полуоткрытый в улыбке рот, отставленный мизинчик и т.д) Газета мелким петитом сообщила, что сожалеет о случившемся. Но, процесс пошел, как говаривал хорошо знакомый нам, знаток процессов.Так началась сатанизация одного народа, закончившаяся гуманитарным убийством детей. Настоящих детей. Не кукольных. Причем «милосердные ангелы» ( так называлась операция НАТО) не выбирали какие дети – сербские ли, албанские ли, турецкие ли. Милосердие настигало их всюду: в роддомах, на горшках, на сидении автобусов и поездов, в собственных кроватях. Фотографии последствий милосердия мир не видел.

 Как ничего не знает он и о маленьких жертвах войны в Хорватии и Боснии. Кто знает о  семилетнем мальчике из Грабовицы, который убит НАТО снайпером, поскольку, вырвавшись из рук матери, перешел линию разграничения? Кто видел фотографии двух девочек из сербского Сараево, которых убили, когда они играли древнюю девчоночью игру «резиночки»? Снайперистам показалось, что они –террористки. Нет, фильмы снимаются. Документальные даже. Например,  Майкл Винтерботом по книге Майкла Николсона снимает фильм «Добро пожаловать в Сараево».. Рассказ о детях из Сараево. Яркий, потрясающий, сочный. И все в это фильме- правда. Кроме одной маленькой детали. Девочку- главную героиню фильма- зовут Елена. Но в фильме она получила имя- Эмира. Таковы требования рынка. Законы совести легко корригируются насущными потребностями.

Но для того, чтбы механизм работал, его нужно смазывать не только детской кровью. Ему нужны более субтильные жертвы – препарированная детская душа.

Чистейший продукт получается, когда ребенка годами вымачивают в рассоле из ненависти,  затем держат в вакуумном пространстве, обрабатывая бомбами и лозунгами, а  затем выпускают готового зверька на волю и указывают пальцем- « вон он, враг! Фас!»  и зверек берет два кирпича и ставит в обычный пакет из супермаркета ( оружие десятилетних албанских подростков) и ...вышибает мозги из седой старушечьей сербской головы. КФОР вздыхает и отдает «хулигана».. в семью на воспитание. А случаи – вымарывает из документации, чтобы не нарушали статистику, показывающую, что со стандартами на Косово – все в полном порядке.

Примеры я привела – из югославского отделения ада. Но те, у кого память не покрылась коррозией, могут вспомнить, что и городе Грозный были дети- мальчики и девочки, русские и чечены. И  детская рука, особенно метко бросает камень в раба.

Современная стратегия ведения войны  с удовольствiем использует детский фактор. Как настоящий, так и мнимый. Повод, взращенный на детских трупах дает  взрвные последствия такой силы, что стратеги млеют от удовольствия. Во время глобализма младенцы скармливаются Ваалу с особым усердием и в адекватных широкой поступи прогреса,  размерах.